Проклятье верующего иудея

Проклятье верующего иудея

Так уж получилось, что мои соседи по обеим сторонам дома — верующие иудеи.
Те, что слева — поболее, у них даже телевизора нет. 11 душ наплодили и сожалеют, дескать, могли бы ещё, да вот пришли из мэрии и попросили, как бы поделикатней выразится, больше не размножаться. Глава семьи работает, ездит на старенькой Субару, младшенький недавно замечен мной выходящим утром с винтовкой в руках с обмотанным снайперским прицелом. Выходит, не из тех дармоедов из кипастого племени на шее государства, что ни в строй, ни в бой. Надо заметить, люди они весьма добродушные и вежливые и ни разу не высказали своего неудовольствия по поводу громких гитарных ежепятничных концертов и сигаретного дыма, коим я их окуриваю, невзирая на дни недели.

Справа — тоже доброжелательные. Он периодически в какой-то форме, кипа на голове, она — всегда с покрытой головой и длинной юбке, семечки по шабатам — всё как положено среднестатистическим не фанатично- верующим и я наивно предполагала, что за этой атрибутикой стояло нечто большее, интимное, связующая нить, соединяющее человека с его божественной сущностью. Но то, что я услышала не далее, чем вчера, никак не укладывается ни в какие рамки. Ни в религиозные, ни в культурные, ни в общечеловеческие.

Обычно спокойный Ицик (назовём так нашего «героя») был в бешенстве. Не было нужды прислушиваться к словам, они гневно выплёвывались вместе со слюной, грохоча, камушками долетали на мой дворик и, обрастая гулким эхом перепрыгивали через забор и разлетались по всей округе. Из миномётной тирады выяснилось, что по вине установщика семья Ицика лишилась телевизионной трансляции и интернета разом, что в контексте их религиозных привязанностей весьма ощутимо и их подкрашенной святостью жизни нанесён серьёзный урон.

Вдоволь наоравшись на непонятливого оператора, Ицик отключился и раздражённо и зло бросил в сторону телефона:
— Чтоб ты в аварию попал, урод, перевернулся на своей машине несколько раз, — для пущего исполнения визуализации он несколько раз крутанул рукой, словно показывая неведомым силам, как именно ему хотелось бы наказать нерадивого служащего, — вот так!

Но и это показалось ему недостаточным.
— Чтоб ты сдох! — громом пронзило по- кисельному неподвижный от летнего зноя воздух. -Чтоб ты сдох! — прозвучало во второй раз.
Странная тишина обжигающего воздуха наполнилась энергией. Воздух был словно наэлектризован.
В третий, последний, раз произнесённая страшная мантра замкнула магический круг заклинания. Вокруг вихрилась и бушевала необузданная энергия, готовая вот-вот устремиться, навострив своё кармическое жало, прямо в сердце астрального тела не вовремя возникшего телефонного оператора.

Ну его на фиг! Пойду зачехлю свою гитару до лучших времён, а курить, пожалуй, совсем брошу — неровен час разозлится, ткнёт верующий сосед перстом указующим мне во след, задействует таинственные механизмы небесных сил, завертятся всеперемалывающие жернова космических судеб, подминая под себя все мои мечты и чаяния о будущем.

Ведь он верующий. Стал быть, ближе к Богу, чем я.

Оставить комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.